Истоки фобий. Этиология.
Обмен учебными материалами


Истоки фобий. Этиология.



Причины возникновения фобии сложны и не до конца понятны, но эти расстройства, вероятно, развиваются у людей с богатым воображением и повышенной эмоциональностью в своём семейном или социальном окружении не научившихся различать страх, вызванный воображаемой угрозой, и страх, связанный с угрозой реальной.

В фобической ситуации, страх неконтролируемо растет и усиливается по мере того, как в воображении разрастается опасность. Человек всё более сосредотачивается на дискомфорте, вызванном фобической реакции, и всё менее ориентируется на то, что может его успокоить. Возникает убежденность в том, что сейчас произойдет что-то ужасное – смерть, сердечный приступ, сумасшествие. Это и есть паническое состояние. Оно настолько мучительно, что человек пытается избегать любых ситуации - стимулов, в том числе слов, образов и воспоминании, которые могут инициировать фобическую реакцию. Обычно больной обнаруживает , что та реакция ослабевает или исчезает в присутствии вызывающего доверия близкого человека.

Ученные считают, что истоки фобии – в далеком детстве. Маленький ребёнок (до двух лет) развивается таким образом, что не может еще отделять причины от следствия, а также источник страха – от сопутствующих ощущению угрозы вещей или явлений. Образуется связь, соединяющая пережитый испуг с безобидным предметом, случайно подвернувшимся тогда, когда ребёнок испугался, и сохраняется долгие годы. Впоследствии, взрослый человек никак не может взять в толк, почему какой-то совсем не страшный предмет проводит его в состояние панического ужаса.

Однако ученые расходятся в суждении о том, каким образом человек приобретает фобии. Некоторые рассматривают фобии как условные эмоциональные реакции. Другие считают, что в основе этих эмоциональных реакции лежит биологическая предрасположенность (или готовность) индивида реагировать страхом на определенные стимулы.

Джейкобс и Нэйдел выделяют два условия, создающие почву для формирования страха, который позже может перерасти в фобию. Оба условия – незрелость нервной системы и тяжелый стресс – могут серьёзно нарушить процесс научения. По мнению авторов, научение в период младенчества осуществляется в основном за счет возможностей таксонной системы. Такой способ научения развивает реакцию страха, однако не позволяет усваивать информацию контекстуального характера.

Впервые два года жизни человека гиппокамп – структура, опосредующая процесс контекстуального научения, - еще недостаточно развит, чтобы функционировать в полную силу. Если в этом возрасте ребёнок будет напуган некими естественными сигналами опасности (такими, как высота, одиночество, необычность объекта), то не исключена вероятность ассоциирования страха с теми или иными случайными объектами, сопутствовавшими ситуации испуга, в результате чего эти случайные объекты могу стать условными стимулами страха. Младенец еще не способен к контекстуальному научению, его память не сохраняет информацию контекстуальному или пространственного характера, он не в состоянии зафиксировать, когда, где и при каких обстоятельствах обретена им условная реакция страха. Став взрослым, он не в состоянии будет понять, откуда произошли его неуместные и неадекватные реакции на внешне безобидный объект. Такого рода неконтекстуальные младенческие страхи заявляют о себе, как правило, в периоды тяжелого стресса, когда гиппокамп отказывается исполнять функцию контроля над поведением, отдавая ее на откуп таксонной системе. В этом состоянии, человек вспоминает (или заново приобретает ) инфантильные страхи, он актуализирует младенческие условные связи и переживания, забытые ввиду отсутствия контекстуальной информации о них.

Таким образом, стресс повышает вероятность манифестации инфантильного страха и создает почву для развития фобии.

Эмпирические предпосылки, от которых отталкивались Джейкобс и Нэйдел, рассуждая о природе фобии, были опровергнуты Макнолли. Он утверждал, что не все пациенты, страдающие фобиями не способны вспомнить, при каких обстоятельствах у них возник страх; как правило, это характерно только для пациентов, страдающих боязнью животных, да и то, вероятно потому, что корни фобии уходят в раннее детство.

Макнолли так же утверждал, что приступы агорафобии (боязни открытых пространств), напортив, в обязательном порядке привязаны к контексту ситуации. По его мнению, ситуации, вызывающие агорафобии, всегда имеют общие черты – они воспринимаются человеком как ловушка и вызывают у него чувство беспомощности.

Таким образом, поездка в лифте, деловое собрание, прогулка по улице или посещение театра – ситуации, которые не имеют ничего общего между собой для здорового человека, - для пациента, страдающего агорафобией, психологически равнозначны. И, наконец, Макнолли отмечает, что люди , страдающие фобиями научаются избегать любых столкновении с пугающим объектом, в результате чего, объект сохраняет свою пугающую силу. Таким образом, длительное существование фобии может быть объяснено скорее нехваткой опыта реальных столкновении с пугающим объектом, нежели неспособностью справиться со страхом.

Нет единого общепринятого объяснения этиологии фобий. Принято, однако, считать, что возникновению некоторых фобий, в отличи от других, предшествуют конкретные события. Эти события называют преципитирующей травмой или преципитирующим событием; они могут рассматриваться или не рассматриваться в качестве непосредственной причины фобии, в зависимости от теоретической ориентации психолога, выносящего своё суждение. Существует основные три модели фобии – психоаналитическая, поведенческая и когнитивная.

· Психоаналитическая модель. З.Фрейд категоризовал фобию, как часть совокупности симптоматических неврозов, названную им истерией страха. В эту же совокупность входит конверсионная истерия. Фобия является выражение вытесненных сексуальных фантазий, обычно Эдиповой природы, в борьбе с защитными механизмами, призванными помочь сдержать эти чувства.

Клинический психоанализ устанавливает факт причинной связи между процессами в сексуальной жизни и состоянием страха. При некоторых условиях (практика прерванного сексуального акта, сексуальное воздержание и др.) сексуальное возбуждение исчезает, а в место него появляется страх в разнообразных формах. Либидо замещается страхом.

Таким образом, психоаналитики говорят, что при невротическом страхе «Я» пациента предпринимает попытку бегства от требований своего сексуального желания, относясь к этому желанию как к опасности. Однако, под влиянием психологических защит (в частности, вытеснения, проекции и смещения) опасность воспринимается не как внутренняя, но как приходящая извне (формируется та или иная фобия).

(Проблемы психоанализа. Фобии. Иван Вард )


Последнее изменение этой страницы: 2018-09-12;


weddingpedia.ru 2018 год. Все права принадлежат их авторам! Главная